Что такое фондовая биржа

Как торговать на бирже

Что такое фондовая биржа

Как стать успешным трейдером

Стратегии биржевой торговли

Лучшие биржевые брокеры

Стратегии биржевой торговли

Лучшие биржевые брокеры

Дафф Терни. Исповедь волка с Уолл-стрит. История легендарного трейдера

Автор без прикрас описывает мир Уолл-стрит, делится секретами незаконных схем, позволивших ему делать миллионы «из воздуха», и приоткрывает обычаи этого известного на весь мир сообщества. У главного героя буквально «срывает крышу» от огромных денег и вседозволенности. В конечном же итоге, он оказывается в маленькой квартирке в трущобах практически без средств к существованию.

Какой брокер лучше?         Альпари         Just2Trade         United Traders         Intrade.bar        Сделайте свой выбор!
Какой брокер лучше?   Just2Trade   Альпари   R Trader

Глава 10

К осени 2000 года мы наняли двух молодых ребят. Их зовут Роб и Чад, обоим около двадцати, и им нужно выучить еще больше, чем нужно было выучить мне, включая проверку расхождений и перепроверку данных по сделкам. В их глазах я каждое утро вижу беспокойство. Рынок все лето пытался восстановиться после лопнувшего пузыря. «Галеон» взял паузу в торговле. У нас нет трехкратной прибыли, как раньше, даже близко нет. Но теперь мы ворочаем миллиардами, так что нам это и не нужно.

И хотя я многое сделал за то короткое время, что работаю в «Галеон», я все еще не совершил какую-то крупную сделку, и мне не удалось наладить регулярный приток информации. И вот однажды на телефоне загорается лампа звонка от «Лиринк Свон». Это маленькая брокерская фирма в Бостоне. Они специализируются на медицине. Я – единственный, кто отвечает на их звонки, остальные думают, что от них толку нет. И я начинаю думать то же самое. У нас в отделе есть сокращения, которыми мы пользуемся. Брокеры, которые звонят, – это либо «МК», либо «ТК», то есть мой клиент или твой клиент. По умолчанию все «мои клиенты» – это те люди, с которыми никто другой говорить не хочет. То есть я как бы собираю всех неудачливых трейдеров по продажам. И в нашем отделе я все еще занимаю самую низкую позицию, за исключением Роба и Чада, которые не разговаривают вообще ни с кем. Но есть одна забавная вещь в этих неудачливых трейдерах: среди них регулярно находится какой-нибудь алмаз.


Важно: актуальное предложение по поводу компенсации до 100% комиссии, взимаемой Вашим брокером.


Помимо этого, наше контактное лицо из «Лиринк» – забавная девушка. Она лучше всех рассказывает сплетни. Каждый раз, когда она в Нью-Йорке, мы куда-то ходим вместе. Я беру трубку после первого звонка. Она в полной панике. Говорит что-то об «Эли Лилли», но я не могу разобрать, о чем она там бормочет. После того как я положил трубку, я не могу прекратить думать о ее звонке. И дело не в том, что она сказала, а как она это сказала. Что-то мне подсказывает, что я должен перезвонить. Я так и делаю, и она точно в такой же панике, как и во время первого нашего разговора. «Расскажи мне еще раз, но в этот раз медленно», – говорю я. «Эли Лилли» появились на ленте, – отвечает она, и ее слова наконец разборчивы. – Они снимают с продажи «Дженерик Прозак».

«Хорошо», – говорю я, надеясь услышать продолжение. Ну и что с того, что «Эли Лилли» снимает с продажи какое-то лекарство? Они все время это делают. «Дженерик Прозак» – очень легкие деньги для них.

«Ты не понимаешь, – говорит она. – «Сепракор» в прошлом году продал этого лекарства на двадцать два миллиона семьсот тысяч долларов и рассчитывал получить пятьдесят-сто миллионов в качестве компенсации за использование патента «Дженерик Прозак» к две тысячи третьему году». А теперь я совсем потерялся. «Подожди, – говорю я. – Так это «Эли Лилли» проводит сделку или «Сепракор»?» «Сепракор», – говорит она. – Они партнеры с «Лилли», развивают вместе «Дженерик Прозак». «Сепракор» в заднице».

А теперь все сходится. «Сепракор» – партнер «Эли Лилли», который прекращает с ним сотрудничество. У «Сепракор» фактически нет ничего. Цена их акций должна серьезно опуститься. Я звоню своему трейдеру из «Сити Групп» и покупаю 500 опционов «пут» SEPR («Сепракор»), эквивалент перевода 50 тысяч акций в «короткие» позиции. Акция в начале дня торговалась в районе 120 долларов, а сейчас – в районе 105 долларов. Цена уже опустилась больше чем на 10 процентов. Трейдеры по медицинским акциям с продающей стороны начинают звонить мне и спрашивать, почему SEPR «убивают». «Я точно не знаю», – отвечаю я. Я покупаю еще 500 опционов «пут»; цена опускается на 5 долларов. Я покупаю еще 500. Акции теперь торгуются в районе 99 долларов. Я не знаю, насколько сильно должна опуститься цена, но если они ожидали 50–100 миллионов в качестве процентных отчислений, а сейчас цифра 0, то цена наверняка должна серьезно упасть. Я покупаю еще 500 опционов «пут». Теперь у меня «коротких» позиций в эквиваленте 200 тысяч акций по средней цене в 99 долларов, а цена акции падает: 98 долларов... 97... 96... Продавцы на рынке начинают паниковать. Несколько брокерских фирм дают негативный прогноз по SEPR. Я звоню той девушке из «Лиринк» и спрашиваю, какая цена должна быть у SEPR? Она кричит своему аналитику. Тот отвечает, что правильная цена – девяносто.

Я перезваниваю своему трейдеру из «Сити Групп» и говорю ему продать мои две тысячи опционов «пут». Продавать опцион «пут» – это как покупать акции. «Продай их прямо сейчас, сделай это», – говорю я. Он перезванивает мне спустя несколько минут с отчетом, а акции торгуются уже на уровне 94 долларов. Я только что заработал 5 пунктов за десять минут на 200 тысячах акций. Миллион долларов. «Отличная сделка, чувак», – говорит мой трейдер из «Сити Групп». Я догадывался. Догадывался, что, когда остальные узнают о происходящем, это обернется крупным падением цены акции. Кому нужны исследования? Я смотрю вокруг, потому что хочу разделить с кем-то свою победу. Я хочу закричать: «Ну и как вы ко мне теперь относитесь, сучки!» Но я этого не делаю. Те, кому этот возглас предназначен, все равно не услышат. Раджа и Гэри этим утром нет в офисе, а Дейв и Кришен сейчас в конференц-комнате. Когда они вернутся на рабочие места, я как бы между прочим скажу, что заработал немного денег для фирмы. Когда они посмотрят на наш отчет о прибылях и убытках, они все поймут.

Увидев сделку, они спрашивают меня, как я сделал это. Я думаю о той девушке из «Лиринк», а потом о господине Шептуне. «Я увидел новости об «Эли Лилли» и просто сопоставил факты», – говорю я. И хотя, похоже, Дейв и Кришен горды и счастливы за меня, Гэри и в особенности Радж все пытаются понять, что еще я знал о сделке. Но они не получат от меня эту информацию. Теперь звонки от «Лиринк» принадлежат мне.
Содержание Далее

Что такое фондовая биржа

Яндекс.Метрика